Фарерские острова и охота на китов.

долго думал, писать ли непосредственно об охоте. то есть о поиске и убийстве животных.
всё-таки не буду.

...

До сих пор не могу к этому привыкнуть.
Несколько часов назад ты, глупо улыбаясь, и, то и дело, растирая глаза руками, о чём-то мечтал над чашкой утреннего кофе в Борисполе, а вечером того же дня уже ступил на землю иного мира и вдохнул его воздух.

Какой же тут воздух...






Вечерняя дорога обвивает серо-зелёные тела островов словно гигантская змея. То ныряет в длинные тоннели, что вырублены в камне и пролегают под водой; то спускается почти вплотную к воде; то взмывает ввысь, прямо к густым, словно кисель, облакам.

Выше, выше... И вот автобус торопливо въезжает прямо в облако. Миг.
Кристальная чистота сменяется мутной непробиваемой пеленой, от которой не видно даже небольших столбиков, отделяющих дорогу от пропасти.

Как они тут ездят?.. Может быть у них прямо в башке вмонтирован прибор ночного видения?

Я бы через два метра оторвал баранку.



...



вечерний отель, уже знакомый почти до каждого винтика.

В одной из этих комнат я долго разговаривал с приятелем на тему кто же виноват отчего у него не сложилась жизнь.

Свелось к тому, что виноват я.

в одной из этих комнат у меня был бурный и весьма жёсткий смс чат с Тигрой.

В одной из этих комнат я впервые услышал как плачет мой младший брат. Сильный, жёсткий мужчина в свои двадцать пять сделавший карьеру и прошедший путь намного тяжелее моего.

В одной из этих комнат я узнал, что умерла моя мама. Просто так, без болезни. Я говорил с ней за час до смерти. А всего лишь через час она умерла. Просто так.

Я узнал это от брата, и говоря со мной, брат плакал.
Я был собран, и успокаивал его. Наверное, даже жёстче, чем было нужно. Но я его успокоил. Он сел за руль и доехал до Киева, где ему нужно было забрать тело мамы.

Я отплакал своё на сутки позже, в самолёте из Копенгагена в Киев. Почти полтора часа я не мог остановиться.

Уже простил себе. К тому времени я уже сделал всё, что должен был сделать. Плакал в одиночестве. Никто этого не видел.

...

Очень много воспоминаний связано у меня с отелем Hafnia в городе Torshavn, единственном городе на Фарерских островах.



...

Ноутбук, интернет, несколько писем и смс на короткий мобильный номер Foroya Tele: я прибыл.

...

Биргир Фонсдал Каас - мой давний приятель. В какое бы помещение он не вошёл - сразу же становится тесно. Он нереально огромен.
За два метра ростом и уже около ста пятидесяти килограммов живого веса; огромные лапы, в которых даже весло выглядит шариковой ручкой; густая шевелюра, делающая ненужной почти любую шапку; усы и широченная борода: Биргир достойный наследник морских разбойников.

Биргир ждёт меня в кажущимся крохотным, холле отеля, облачённый в непромокаемый костюм и со вторым таким же костюмом под мышкой. Широченная улыбка и крепкое рукопожатие (каждый раз когда я здороваюсь с огромным скандинавом, мне кажется что он своей клешнёй захватит мою руку до локтя).

"пойдём", - говорит он. - "Мне звонил Савар. Он видел касаток".

от отеля до пирса - пять минут неторопливой ходьбы, но мы идём быстро.
Биргир торопливо объясняет, что никакими специальными устройствами для охоты на китов здесь никто не пользуется. Всё происходит так же, как пятьсот лет назад: китов замечают по характерным "фонтанам", выбрасываемым во время дыхания; преследуют и убивают, если кит не успеет уйти в глубокий нырок.
У разных китов это происходит по-разному, но обычно кит выныривает несколько раз, перед тем как глубоко нырнуть.
Опытные охотники уже по размеру "фонтана" могут определить, какого кита они преследуют.

Утренний Торшавн невыразимо влажен и укутан плотным облаком тумана. От тёмной воды в заливе вздымаются клубы пара. Ирреальное зрелище.




Помимо нас на пирсе уже дожидается человек двадцать. Биргир сегодня будет вести.

...

Не буду описывать сам процесс охоты, дабы не травмировать нежные души.
Вкратце - это жестоко. Ловля даже очень большой рыбы на спининг с лодки, не имеет ничего общего с охотой на кита, ударами гарпуна и криками раненного животного.

Во время охоты Биргир был больше собой, чем во время офисной работы. Говоря конкретнее - Биргир был страшен. Как я писал уже ранее, Биргир собственноручно вытянул тушу убитого кита на берег. Мне даже представить себе сложно, насколько же он силён.




Когда туши убитых китов вытащили на берег - было уже около одиннадцати часов утра. Тут же фарерцы принялись их разделывать - удивительно слажено.
Вообще, разделка туш убитых животных и делёж мяса так же практически не изменились за почти половину тысячелетия.

Туши разделывают (жуткое зрелище: вода в заливе становится красной от китовой крови), мясо делят на приблизительно равные части. Имена всех участников охоты (даже моё) пишут мелом на большой доске.

затем выбирают двух человек.
Один из них становится спиной к уже разделанным тушам, но так, чтобы видеть доску, с написанными на ней именами.
Другой - не видит доски, но видит мясо.

Второй громко кричит: Биргир, чьё это мясо? (указывая на кусок, которого не видит первый). Первый смотрит на доску с именами и говорит произвольное имя. После этого один из охотников забирает свой кусок.

так происходит до тех пор, пока каждый не получит равную долю.
Если после этого что-то остаётся - охотники отдают это на "благотворительность".

Я тоже получил свой кусок, благодаря чему вечером попробовал жаренного кита, приготовленного женой Биргира, матерью уже пяти (!) детей.
Специфично. Не плохо.
Специфично.

...

после дня разъездов мы неторопливо ужинаем в одном из ресторанов.
Биргир снова добродушен и разговорчив.

говорим, конечно же, об охоте и женщинах.

"Знаешь, Антон, если ты проведёшь генетический анализ любого фарерского мужчины, ты увидишь что он (конечно же) более скандинав, с небольшими примесями разных кровей.
Но если ты проведёшь тот же анализ у практически любой женщины на фарерах, то увидишь что у них - больше шотландских, европейских или даже индейских генов".

"Биргир, я знаю, - у меня уже лицо болит от всех пережитых сегодня эмоций, - вы, старые морские разбойники, плавали даже в Америку до её посещения Колумбом, и везде воровали женщин".

Биргир хитро щурится своим огромным лицом.

"Знаешь, Антон... Мы до сих пор иногда это делаем!"
Мы оба смеёмся, хотя я и не вполне понимаю о чём он.

...

Паб и неизменная партия в yatzi.
Я устал и пьян.

Спасибо, Биргир.

Завтра самолёт - и Исландия.







UPD: не все из представленных фото сделаны мной лично.

UPD2. Отдельным постом выношу факты об охоте на китов. Прежде чем писать гневные комментарии, потрудитесь ознакомиться.